В числе прочих задач, стоящих перед Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации, серьёзную долю занимают защита прав и помощь нашим согражданам за рубежом. И не только тем, кто там живёт, но и тем, кто оказался по ту сторону границы не по своей воле.
Недавно удалось помочь россиянке восстановить право на доступ к консульским услугам. Наша соотечественница, проживающая в одном из государств – членов Европейского союза, оказалась в непростой ситуации – в течение 11 месяцев ей не удавалось забронировать слот на посещение российского консульства для оформления документов на получение материнского капитала. С учётом гуманитарного характера ситуации в срочном порядке оказали содействие в организации приёма российской гражданки нашим консулом. «После Вашего содействия и обращения в консульство меня приняли в кратчайшие сроки. Все процедуры прошли организованно и спокойно. Атташе Генерального консульства лично оказал мне необходимую помощь, проявил понимание и заверил необходимые документы в этот же день», – сообщила уполномоченному молодая мама.
Но гораздо сложнее работать, когда так называемые «коллеги» противоположной стороны не просто не спешат идти на помощь, а, напротив, в собственных политических целях всячески стараются усложнить процесс, наплевав на понятие «гуманность». Классический пример таких действий - это организация процесса обмена пленными с Украиной. В интервью «Радио Спутник» Татьяна Москалькова рассказала о некоторых особенностях «торга», который устраивают киевские власти.
Украинская сторона предоставляет свой перечень на обмен пленными. В этом перечне те, в ком украинская сторона конкретно заинтересована. А заинтересована она в тех, кто после обмена вернётся на фронт. Это прежде всего «азовцы» (члены террористической организации, запрещённой на территории РФ), это кадровые офицеры. «Мы их убеждаем в том, что в обменные процессы надо включать обычных солдат, исходя из того принципа, что в обменные списки нужно включать тех, кто дольше находится в плену. Тех, кого ищут родственники с украинской стороны», - говорит Татьяна Москалькова. Но украинская сторона настаивает на обмене конкретных лиц, видимо, более ценных для Киева, чем обычные солдаты.
Ситуация осложняется тем, что среди этих «конкретных лиц» немало тех, в отношении кого в России ведутся процессуальные действия, зачастую заканчивающиеся обвинительными приговорами. И наши правоохранительные органы не согласны с тем, что этих людей надо включать в обменный процесс. Они считают, что преступники, чья вина будет доказана, должны понести заслуженное наказание. Украинская сторона угрожает: мол, если вы этих людей не включите в обменные списки, то мы вообще прекратим обмен. Такая вот избирательная «гуманность».
